Дэль 鈴 (ikadell) wrote,
Дэль 鈴
ikadell

Categories:
  • Mood:

Морда буден

Часть четвертая, о том, как массачусеттские законодатели Оруэлла посрамили

Эпиграф: "они извращенцы, гоните их в шею, рубите на мелкие части злодеев" (с) Дэн

Извращенцы - довольно ненулевая статья нашей деятельности. Штука вот в чем - человек, осужденный за преступление, которые в России относят к категории "против половой свободы граждан", считается тут не преступником - а больным. И помещается соответственно, в заведение, которое называется не словом "тюрьма", а словом "исправительный центр". Разница как между яблоком и еще яблоком, как сказал бы Буба Касторский. Так вот, за полгода до предполагаемого особождения с некоторыми из осужденных (виноват, пациентов) происходит такая неприятная вещь: в порядке гражданского судопроизводства, прокурор возбуждает дело о том, что рано его выпускать. Исследования нашего эксперта, говорит прокурор, дают основания полагать, что этот человек еще не исправился, и представляет общественную опасность. Давайте-ка на этом единственном основании оставим его на исправление в исправительном центре пожизненно. Ясное дело, как при всяком лишении свободы, такому человеку положен адвокат. Это мы с шефом.
Взялись мы за эту грязную, в общем, работенку потому, что если отбросить всякие периоды и параболы, получается следующее: человека осудили за, допустим, приставание к несовершенолетним. Человека посадили на, допустим, шесть лет. По истечение какового срока, его собираются бросить обратно в тюрьму на всю оставшуюся жизнь, мотивируя это тем, что если ему показывать на картинках обнаженную натуру, привязав к причинному месту cпециальный измеритель, у него там, извините, дергается. По моим представлениям, после десяти лет тюремного заключения, у человека ввиду длительного воздержания от пристального взгляда все задергается... впрочем, замнем для ясности Когда присяжные произносили свое "виновен" они такой опции не предполагали, да и вообще нечестно как-то - он уже свое отсидел. И главное: в законе нигде не сказано, чтобы за приставание к несовершеннолетним пожизненное заключение давать. А - по факту - получается, что дают...


Есть у нас клиент. Жил себе, не хуже других, кровельщиком работал, отцовский бизнес унаследовав, девушку завел лет в тринадцать, и десять лет бок о бок с нею существовал. Живет он, значит, со своей девушкой и племянницей этой самой девушки. К племяннице (11 лет) периодически приезжают в гости подружки-одноклассницы и остаются на ночь. Одну такую подружку он схватил за грудь (не один раз в течение вечера), бродл за ней из комнаты в комнату и хватался. Другой залез под шорты и шлялся в ее присутствии по дому, с вываленным из штанов своим хозяйством наперевес... Ну дурак. Сволочь, насомненно. В общем, суд, Сибирь, шесть лет дали. В исправительном центре.
Вот тут и начинается то, ради чего я затеял рассказ.
Система такая: человек отбывает свое заключение, параллельно проходя курс терапии. В зависимости от его успехов в этой терапии, он продвигается по уровням, зарабатывая себе очки для досрочного освобождения. Терапия групповая, устная. Терапиенты садятся в кружок и обсуждают темы вроде "почему я должен соблюдать режим дня", "как алкоголизм влияет на мои отношения с семьей", пишутся регулярные сочинения на тему "давайте представим себе, что я жертва торговца наркотиками - что я должен сказать судье?", каждый должен выступить с подробным рассказом о своем преступлении, и оценить работу таких же выступающих, и так далее. Оценки выставляются в зависимости от того, насколько эффективно человек участвует в обсуждении, насколько он принимает проблему к сердцу.
Снижают оценки за вранье, за так называемую "минимализацию участия" (нельзя говорить "спьяну же - ну и не понял, что приставать к ней не стоило" - надо сказать: "я выпил больше, чем мне можно было и потерял контроль над собой и способность правильно делать выводы. Я не слушал, что она мне говорила, и не задумывался над собственным поведением"). Из года в год на протяжении шести лет. Мало произносить слова, надо поверить, что это правда, и добавить собственных слов в обоснование позиции, иначе обвинят в неискренности и снизят оценку. СНизят оценку - не продвинешься по уровням, не получишь очков для досрочного...
Короче: от того, какие слова ты говоришь на этих еженедельных собраниях, зависит, как скоро ты отсюда выйдешь.
Читаю я, готовясь к слушанью, записи терапевта по поводу этих самых программ, и волосы шевелятся. Первые полгода наш клиент начисто отрицал, что полез рукой первой девочке между ног (присяжные решили, что это было - на основании ее показаний и его показаний на суде). Ему снижали оценки, упрекали в минимализациии неумении признавать собственную вину. Стал признавать. Потом написал сочинение про свое преступление - ему на полгода задержали продвижение по программе, заставляя переписать и включить это признание.
Сейчас он даже нам признается, что сделал это - а глаза пустые, как у Терминатора.
Оруэлла читали?
Я не знаю, что там было на самом деле, и никто не знает, и не узнает.
Ему велели писать сочинение: каким было бы мое следующее преступление, если бы я решил совершить его. Он написал: я поехал бы в другой город, где меня никто не знает, и переоделся. Побоялся написать "я не стану совершать преступления," чтобы не обвинили в минимализации и не снизили оценки, и я в любую минуту готов услышать цитату из этого его сообщения от прокурора: видите - он не исправился, он мог бы написать: я не собираюсь совершать преступления...
Брр. Клиент дрянь-человек, самая настоящая дрянь, его не жалко даже мне, а девочек - очень даже жалко, но ему шесть лет профессионально ковырялись в мозгах, и дрожь со всех дел берет изрядная.
Шеф говорит - с непривычки.
Tags: контора пишет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 52 comments