Никому не известно, где таится Нарготронд.
Известно только, что где-то в горах. У ручья под одной их таких гор сидели двое, и пили, как кони после долгого бега, а после завалились в траву, и глядели в небо.
- Облака, - сказал один.
- Не верится, что течет вода и бывает ветер? - Усмехнулся второй. - После каменных-то сводов и прочей всей дряни ангбандской...
- Мне просто надо заново привыкнуть, - медленно произнес Финрод. - Всего-то сотня-другая лет...
Оба рассмеялись.
- Будет у тебя и сотня, и другая, - с уверенностью произнес человек. - А вот у меня чуть меньше. И, клянусь, я намерен оставшееся время провести толково, - он с усмешкой коснулся нагрудного кармана, где тепло сиял Камень.
- Удачи, - усмехнулся эльф.
- Удача нам уже была, - сказал Берен. - Сперва на Острове, а после во Тьме. Так что, если прямо сейчас на нас из зарослей не выедут семеро феанорингов...
Финрод вздрогнул и приподнялся. Снизу, у подножия холма, слышался сток копыт.
Семеро спешились, полукругом остановились в нескольких шагах.
- Вниз, к ручью, в скалы. - Резко сказал эльф. - Ты успеваешь.
Берен покачал головой.
- Мы очень рады встрече, - протяжно проговорил Куруфин. – А где остальные?
- Куруфин, помолчи, - оборвал брата Маэдрос. – Здравствуй, Инголдо. Мы рады видеть тебя живым…
- Здравствуй, Майтимо. Привет вам, братья. Я тоже рад, что вы живы, - склонил голову Финрод. – И что вы вместе.
- Финарато, - проговорил Келегорм. – Не будем хитрить. Мы предупреждали…
Феаноринги спешились, приблизились - полукругом, близнецы обошли с флангов.
- Назад, - так же спокойно проговорил Финрод.
- Финарато, - Маэдрос поднял изувеченную руку, и Куруфин снял с тетивы стрелу. - Давай поговорим. Смертному камень нужен, чтобы исполнить клятву, данную Тинголу. Но ведь и у нас – своя клятва. Берен, я уважаю твою отвагу и потому предлагаю вот что. Тебе нужен не Камень, а прекрасная Тинувиэль. Потому сейчас ты передашь нам камень, мы пойдем вместе к Тинголу, чтобы подтвердить твою клятву, и дальнейшие споры останутся между нами и ним.
- Верно, - жестко усмехнулся Берен, - то-то Лютиэнь будет рада и благодарна, когда я перевешу эту вражду на ее родного отца. Знаете что, Высокие Эльфы, шли бы вы своим путем! Если нас не остановил сам Моргот, то уж не вам, отщепенцам...
- Берен, - тихо одернул Финрод, видя, как, не изменившись в лице, отвел взгляд Маэдрос.
- Мы не закончили, - сумрачно произнес он. – Финарато, ты же понимаешь, как не хочется нам проливать родную кровь после того, как сама судьба пощадила вас во мраке..
- Да вы сами ничем не лучше Мелькора! – Гневно крикнул Берен. - Если хотите завершить то, что ему не удалось!
- Придержи язык, смертный! – Не выдержал Карантир. – Не о тебе речь...
- Вспомни Аман, Финарато, - тихо сказал Келегорм, - Лаурэтаури... Пронзительное золото стволов, и легкие олени...
- Вспомни Тирион, - мечтательно сказал кто-то из близнецов, подавив вздох, - башни, то золотые, то серебряные. А лилию Карантира?
- А террасы Фонтанов? – подхватил другой. - Разве что-нибудь подобное можно повторить... Ты был когда-нибудь поблизости от башни Маэдроса во время золотого расвета?
- Вспомни пронзительную глубину Арамана, - голос Карантира дрогнул и сломался пополам, как ветка, - Серебро на черном... металлы лежат, слоями, отзываются прикосновению...
- Лориен... – прошептал Маглор и отвернулся.
- Белопенную Альквалондэ... – тихо произнес Куруфин, исподтишка стрельнув глазами – и тем разрушил волшебство.
- Вот Альквалондэ я помню особенно хорошо, - отрезал Финрод и взгляд его сделался жестким. - Келегорм прав - давайте не будем хитрить. Братья, я сам меньше всего хочу крови...
- Крови будет очень мало, - тихо сказал Куруфин - и не знающая промаха стрела пронзила грудь Берена легко, как подброшенную монету на празднике.
Финрод бросился к другу, едва успел подхватить его, поймать угасающий взгляд, а Келегорм кинулся уже, оттолкнув Финрода, схватил Камень Раздора...
- Дай сюда, - убито произнес Маэдрос. – Что ты наделал, Куруфинвэ...
Но Келегорм усмехнулся как-то горько и неестественно, закусил губу, пристально глядя в камень...
- Жжет, - тихо пожаловался он. Амрот, подошел, протянул руки, но Келегорм шарахнулся, словно от зачумленного.
- Тъелкормо! - Повысил голос Маэдрос. Тот лишь рассмеялся. Куруфин и Карантир переглянулись и разом обнажили мечи.
- Золотые леса, - в забытьи прошептал Келегорм и пошатнулся как раненый. – Валатаро, я возвращаюсь...
- Так не пойдет, братец, - тихо сказал Карантир.
Маглор побледнел:
- Да вы рехнулись, братья! Майтимо, уйми их!
- Отдай мне Камень немедленно! – Маэдрос подошел к Келегорму.
Финрод, переполненный горем, глядел на это как сквозь дымку, и не видел, чей меч сверкнул первым, и что началось после... Гортанно вскрикнул и повалился Маэдрос со стрелою в горле, яростно блеснули безумные глаза Куруфина, Карантир, зажимая рану, вывалился из гущи схватки и, волоча отнявшиеся ноги, пополз к ручью; почти тотчас упал навзничь, лицом в безмятежное небо, Куруфин, и медленно, безмолвно опустился в траву Маглор, сжимая обеими руками торчащий в груди кинжал, и оказалось, что Камень валяется в траве, а над ним рубятся, бешено и отважно, насмерть, близнецы, а через мгновение все стихло – очень явственно в небе хмыкнула ворона.
Только теперь Финрод заметил, что Берен дышит – тихо, слабо, едва слышно, и прищуренный взгляд его осмыслен...
- Дрогнула... рука-то.. у феаноринга... – прошептал он и от губ его потекла темная кровь, - поживем еще, мой король...
idea traceable to _nion_
 
Закладки: : ,
18 May 2007 ; 01:00 pm
 
 
 
?

Log in